НОВОСТИ   БИБЛИОТЕКА   ЭНЦИКЛОПЕДИЯ   КАРТА САЙТА   ССЫЛКИ   О САЙТЕ  





предыдущая главасодержаниеследующая глава

"Женский вопрос" в наименованиях профессий (О. Л. Дмитриева)

Вопросы о том, как правильно назвать ту или иную женскую профессию, часто задают в своих письмах читатели "Русской речи": секретарь Мария Дронова или секретарша! парикмахер Нина Сизых или парикмахерша! При этом высказываются самые противоречивые суждения. Одни корреспонденты возражают против употребления для такого рода наименований слов мужского рода, а другие призывают к тому, чтобы не допускать использования женского рода.

Трудности выбора формы для этих названий отражены и в разных пособиях. В одном, например, слова профессорша, секретарша, парикмахерша и под. относятся к разговорному стилю, рекомендуется писать и говорить так: "Валерия Петровна работает секретарем", а не секретаршей. В других - эта оценка оспаривается, и наименования типа бригадирша причисляются к нейтральному стилю.

В современной печати встречается употребление таких существительных женского рода, как критикесса, клоунесса, косметичка (женщина-косметолог), юбилярша. Например: "Инициатор их [выставок] создания - старый большевик Е. К. Малиновская, являвшаяся директрисой Большого театра СССР" (Военно-исторический журнал, 1972, № 3); "Первый букет преподнес юбилярше мальчик" (Работница, 1982, № 11); "Критикесса ругала поэта В. Котова за плохие стихи" (Пекелис. Кибернетическая смесь); "...следуя советам косметички" (Силуэт, 1979, № 6. - Курсив в примерах всюду мой. - О. Д.). Насколько правильны эти формы в нейтральных стилях речи? Какой род предпочесть: учитель или учительница, депутат или депутатка, она работает связистом или связисткой?

В статье показана история становления современной нормы употребления в наименованиях женских профессий на материале специальных журналов для женщин.

* * *

Первым специальным изданием для женщин в XIX веке был "Дамский журнал" (М., 1823-1828). Круг женских специальностей, профессий, общественных обязанностей в то время был крайне ограничен. Для их обозначения в русском языке имелось достаточное количество исконных существительных женского рода. "Дамский журнал" освещал редкие факты научной и общественной деятельности женщин. При этом мерилом ее уровня было сравнение с результатами мужского труда. Критик тех лет, например, пишет: "Талантливо сильное перо сей писательницы-мущины" (Дамский журнал, 1823, № 23).

Рисунок Владимира Леонова
Рисунок Владимира Леонова

Наряду с общеупотребительными существительными типа правительница, фрейлина, швея есть наименования, образованные от мужских соответствий по малопродуктивным словообразовательным моделям. Вот примеры из "Дамского журнала": "О Гиппархии говорит Диоген, как о славной философке и трагической стихотворице" (1824, № 16); "До сих пор очень мало известно художественных произведений сей живописицы", "Сия знаменитая виртуозша, отъезжая из Москвы, давала свой прощальный концерт" (1828, № 1); "Московские практикантши, кажется, превзошли своим искусством идеи теориста автора" (1828, № 5). Подобные наименования - результат языковой привычки: называть женщину личным существительным женского же рода.

С шутливым осуждением "Дамский журнал" протестовал против возможности использования слов мужского рода для наименований женщин: "Нет сомнения, что первая Грамматика была написана мущиною, который не посовестился первым родом поставить мужской" (1828, № 1).

"Женский вопрос" и проблемы эмансипации, со всей силой поставленные в середине XIX века, стали освещаться в журналах "Женский вестник" (СПб., 1866-1868), "Женское образование" (СПб., 1876-1891), "Женская жизнь" (М., 1910-1915), "Женский журнал" (М., 1900-1917). В них включен большой фактический материал о первых шагах женщин в трудовой и общественной деятельности. В широком языковом употреблении второй половины XIX и первых десятилетий XX века - целый набор профессиональных и других наименований, образованных от личных существительных мужского рода. Суффиксы -их-, -ш- использовались в основном для названий женщин по профессии или занятию мужа (дьячиха, генеральша), а -есс-, -ин- - по ее положению в иерархии сословной лестницы (принцесса, княгиня), позже эти суффиксы стали средством словообразования профессиональных наименований женщин.

Для второй половины XIX - начала XX века характерно отсутствие стилистического разграничения в формах мужского и женского рода. Слова на -ша-, -ичка, -иня, -иха, -иса, -есса включались и в официально-деловую речь, и в тексты документов: "К указанным лицам комиссия просит направлять также запросы относительно репетиторш и лектрис" (Женский вестник, 1906, № 12); "Для заведования кассой он предложил избрать кассиршу, а в помощь ей двух контролерш" (Женское образование, 1880, № 6); "Законопроект об адвокатессах" (Русская жизнь, 1911, № 17). Активны эти существительные и в других жанрах публицистических текстов: "Много есть теперь таких женщин на всех поприщах открытого для них труда: и учительниц, и докторш, и бухгалтерш" (Женское образование, 1880, № 7); "Это - профессорша в области гастрономии" (там же, 1889, № 6-7); "За ними следуют инженеры - химички, технологички" (Женская жизнь, 1915, № 3).

Однако нельзя сказать, что подобные образования принимались единодушно. Так, в 1859 году Н. А. Добролюбов в статье "Почитатель дворянок", которая в рукописи называлась "Русский грамматик - любитель женского рода", с ироническим осуждением писал о "филологических тенденциях" г. Половцова, предлагавшего ввести в словарный состав русского языка некоторые новые женские наименования. Автор ряда грамматик и учебников русского языка В. В. Половцов писал: "...юнкерша и канцеляристша точно так же заняли бы свое место, как и действительные тайные советницы, графини и светлейшие княгини. Не знаю, почему нет у нас слова другиня, т. е. друг женского пола... У нас есть женские названия: княгиня, героиня... от мужских: князь, герой... Почему же не быть другине от слова друг..? Притом же друг служит теперь, как будто за недостатком слов в нашем богатом русском языке, названием и женщины: мой друг, дружок, дружочек! - говорит муж жене, брат сестре, даже отец дочери. Так, слово другиня произошло бы не от мужского друг, а само из себя, и разумеется, возымело бы свою историю" (Свисток. Сатирическое приложение к журналу "Современник". 1859-1863. М., 1981, с. 16-17).

Наплыву в нейтральные стили речи названных наименований противостоит и позиция лингвистов-нормализаторов. Автор "Опыта словаря неправильностей в русской разговорной речи" В. Долопчев (I изд. - 1886, II изд. - 1909) зачисляет в разряд "неправильностей" слова авторша, авторка. А. М. Пешковский в книге "Русский синтаксис в научном освещении" (изд. 6. М., 1938, с. 192) отмечал, что названия разных специальностей женщин не всегда допускают образования женского рода с недвусмысленным значением: докторша, профессорша, мельничиха. А вот мнение, высказанное публицистом: "Журналистке, критику, или, вернее, критикессе - есть такое не очень благозвучное словечко, - легко писать о деловой женщине: достаточно посмотреть на себя в зеркало... Критикесса, геологиня, шефиня - уже сами эти новообразования говорят о некоей парадоксальности явления. Слова рассчитаны, как видим, на мужской род и в женском выглядят довольно нелепо" (Лит. газета, 1979, 5 дек.).

В первые десятилетия XX века можно было встретить наименования с разным морфологическим оформлением. Приведем примеры из "Женского журнала" за 1915 год: "Режиссером театра Линь состоит молодая талантливая артистка Алейникова, с честью сочетающая обязанности режиссера с обязанностями премьерши труппы" (№ 7); "Затем идут представительницы умственного труда, пионерши духа. Кроме этих пионерш есть парижанки духа" (№ 10); "Интересно, что пионерками в этом отношении выступили в неаполитанском университете две русских" (№ 12); "Автор энергично восстает против фарисейства общества", но ниже: "Эпиграфом этой книги авторша взяла изречение..." (№ 6).

Развитие новой нормы употребления рассматриваемых наименований начинается после Октября. Появились пролетарские журналы "Работница" и "Крестьянка", издававшиеся в Москве, "Работница и крестьянка" - в Ленинграде. В этих журналах отражены изменения, происходившие в лексике того периода. Наблюдается одинаково нейтральное функционирование существительных женского и мужского рода: "Наталья-секретарша про Марью-большевичку читала, как посадили ее председателем в Исполкоме" (Крестьянка, 1923, № 3-4); "В первую очередь надо отметить старшиху (помощника мастера) Метелкину" (Работница, 1926, № 2). Такое положение сохраняется приблизительно до конца 20-х годов, когда нормативный отбор становится более жестким. Происходит стилистическое размежевание соотносительных пар мужского и женского рода. Наименования на -ада, -иха становятся средством речевой характеристики, приобретают разговорную окраску: "Волкову сейчас за знание законов в деревне комиссаршей зовут" (Работница и крестьянка, 1926, № 3); "Я - сельская организаторша. Беда моя малограмотность" (там же, № 5).

Формы мужского и женского рода варьируются в зависимости от стилистического, ситуативного контекста: "- Я прикована цепью к телефону. Я ведь человек служащий. - Ученый секретарь? - Что вы!.. Я ведь ничего не окончила. Обыкновенная секретарша" (Крон. Бессонница). Или: "М. Бобровская работала в Саратове, на заводе, секретарем-машинисткой у главного инженера... Говорят, хорошая секретарша - половина директора - правильно!" (Работница, 1978, № 7); "Но разве можно было предугадать, что эта милая, разумная, приветливая поэтесса [О. Берггольц] превратится в строгого, властного поэта, чей стих станет важной частью ленинградской эпопеи" (Гринберг. Право на стих); "Она [Ахматова] не любила, когда ее называли поэтесса. Гневалась: "Я - поэт!"" (Ильина. Судьбы).

Изменения в употреблении таких наименований способствовали их выпадению из официально-делового и строгого публицистического стилей и переходу в основном в разговорно-обиходную речь. В противоположность этому в публицистическом стиле наблюдалось употребление форм мужского рода. Такой характер развития и становления нормы закономерен в русле общих тенденций развития языка, его стремления к лаконичности и информативности.

Новые профессии женщин, как правило, обозначаются словами только мужского рода: биофизик, космобионик, дизайнер. Чаще используются в официально-деловом, строгом публицистическом и нейтральном стилях речи формы мужского рода на -тель, -ник, -ист и другие, легко образующие женские соответствия: "Так отозвалась о Макеевой заместитель секретаря партийной организации конструкторского бюро Галина Доровеева" (Работница, 1983, № 10); "Бригада молодых швей под руководством опытного наставника Александры Федоровны Ершовой уже год работает с личным клеймом" (Работница, 1978, № 3); "В клубе с родителями не раз встречалась профессор А. А. Люблинская, специалист по детской психологии" (Работница, 1984, № 4).

Часть профессиональных наименований, традиционно употреблявшихся только в женском роде, в официально-деловой речи и строгих жанрах публицистики заменяется мужским родом. Вместо слова комбайнерка, бытовавшего в 30-50-х годах XX века, в современной речи используются механизатор или комбайнер, вместо животноводки (свинарки, овцеводки, телятницы) стали зоотехники. Только в обиходно-разговорной речи остались делегатка и депутатка, в строгом языковом употреблении - делегат, депутат: "Депутатом областного Совета я стала в 19 лет" (Крестьянка, 1984, № 6); "Наша Катя" - так называлась одна из статей о делегате XIV съезда комсомола (Работница, 1984, № 4).

История развития вариантности и становления нормы в группе наименований женских профессий требует осмысления сложившейся языковой практики, допускающей спорные случаи употребления, и возможных перспектив ее развития. Необходимы нормативная квалификация вариантов и упорядочение этих наименований.

Информативность, экономичность, удобство в обращении - вот качества, отвечающие языковым нормам; они предполагают преимущественное употребление мужского рода в официально-деловом и строгом публицистическом стилях речи.

Рисунок Владимира Леонова

Читатель спрашивает

"Что значит слово раппорт, встречающееся в текстильной промышленности, и с каким ударением его следует произносить?"

В. П. Ширяева, Москва

Существительное раппорт (из франц. rapport) означает - повторяющаяся часть рисунка на ткани, в вязанье, на обоях и т. п.

Произносить его надо с ударением на конечном слоге - paппорт.

"Считаются ли имена Катерина, Лизавета, Настасья полными или это уменьшительные формы?"

Е. А. Лориан, Вязьма

Имена Катерина, Лизавета, Настасья - разговорные формы полных имен Екатерина, Елизавета, Анастасия. Уменьшительные формы от этих имен - Катя, Лиза, Настя.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://genling.ru/ 'Общее языкознание'
Рейтинг@Mail.ru